АЛЕКСЕЙ ТЕРЕНТЬЕВ: Фотоальбомы.


 АЛЕКСЕЙ ТЕРЕНТЬЕВ: ПУТЕШЕСТВИЯ С ФОТОАППАРАТОМ. Фотоальбомы.

  Поймать за хвост уходящий апрель!

  Умба

  Покатушка вокруг Ладоги

  Щелейки

  Чухлома

  Покатушки по Северному Приладожью

Все альбомы:


Федерация настольного хоккея.


Кологрив


Конечно, вы не из Парижа. Вы приехали из Кологрива навестить свою покойную бабушку.

(Остап Бендер)

Часть I.


Эта бессмертная фраза Великого Комбинатора оказала Кологриву неоднозначную услугу. С одной стороны, о нем знают все. С другой — многие теперь уверены, что Кологрив — это что-то вроде ильф-петровских Старгорода, Арбатова и Удоева, гоголевского уездного города N, и хорошо еще, если не Захряпинска и Мухоср...ска из современного стёбного фольклора. Городок-фантом. Символ чего-то невыносимо-наивно-провинциального. Одним словом, град Китеж, только наоборот.

Самое интересное, что так оно и есть. Отчасти. Хотя на карте все в порядке — вот он. На северо-востоке Костромской области, на левом берегу Унжи. Райцентр. Вот только населенных пунктов поблизости как-то маловато... Даже на карте одиноким выглядит. Ну так что вы хотите — север, тайга...

Дальше — больше. Прежде чем тронуться в путь, надо же виртуально познакомиться поближе. Читаю — фантомность нарастает. Оказывается, через 200 лет после своего основания Кологрив переехал аж на сорок километров. Вместе с названием. Был погост Кичино, стал Новый Кологрив. А на месте старого осталось село Архангельское. Опять Ильф и Петров, опять Нью-Москва, Старые Васюки... Мистика!

В общем, дошло до того, что, побывав в Кологриве однажды, на следующий год я туда вернулся. Вместе с дочкой. Так и сказал: поедешь со мной, и баста. Такие места надо видеть. К тому же, там гуси...

Не обессудьте — рассказ и дальше будет путаным, о двух покатушках сразу, и фотографии могут быть в хронологическом беспорядке и к тексту порой никак не относиться. Я и сам не знаю, что из этого получится.

-------------------------------------------------------------------------------

В первый свой вояж я ехал по железной дороге до Костромы, а от Костромы до Кологрива на рейсовом автобусе, и это надо описывать отдельно, потому что таких дорог я не видел еще нигде. Микроавтобусик объезжал ямы, которые замечал, а в те, что не замечал, с грохотом проваливался, а я сидел как раз у двери, и она так лязгала всей своей металлической сутью, что я перестал уважать марку "мерседес", а в один момент почти пожалел, что вообще поехал, и уже вовсю темнело, и дороги до кологривской гостиницы я не знал, а в салоне народу все убывало и убывало, и в конце концов остались водитель, я и еще одна девчонка, которая держала на руках грязно-белого кота, подобранного ею (сам видел) на костромском автовокзале, и этот кот всю дорогу так к ней прижимался, чувствуя добрые руки, и все пассажиры недоумевали, а она всем смущенно объясняла: мол, жалко котика-то...

Фотографии, как уже было сказано, к описываемым событиям никак не относятся. По крайней мере пока. Пока просто кологривские пейзажи — знакомьтесь с городком.

Наконец мы приехали, и я спросил дорогу до гостиницы, а мне со смехом сказали, что гостиница, с тех пор как ее купили некие москвичи, сразу же перестала работать, но есть недалеко постоялый двор. Ночью все кошки серы, и я спросил, как же мне найти этот постоялый без уличных-то фонарей. Водитель, дай бог ему здоровья, проводил меня до самого дома, и я увидел дом, а на нем кумачовый стяг, на котором было точно написано: "Постоялый двор". В окне горел свет. На двери был наклеен лист 12 формата, на котором крупным шрифтом напечатан контактный телефон хозяйки заведения...

Я осветил дверь фонариком, нашел звонок, позвонил, и мне что-то долго не открывали, и наконец занавеска в окне зашевелилась, выглянуло встревоженное лицо хозяйки, и у меня было спрошено, что мне нужно. Я сказал, что хочу переночевать, а у меня спросили, откуда я, и я сказал, что с автобуса, а мне сказали, что автобус всегда приходит не в 12 ночи, а в 10 вечера, и если что — милиция тут недалеко, и ночлег она мне обеспечит. Я сказал, что милиции не боюсь и паспорт всегда могу показать, и вообще: это же постоялый двор, а я самый настоящий постоялец, и не показать ли мне действительно паспорт, и уже полез в карман. Хозяйка сказала, что паспорта пока не нужно, а лучше пусть-ка я освещу фонариком свое лицо...

Я осветил — хозяйка исчезла за занавеской. Прошло десять минут, я опять позвонил в звонок и стал ждать, и стал уже думать, что начало мая — не февраль, и ночлег под крышей необязателен, как вдруг хозяйка опять показалась в окне. Я стал горячо объяснять, что я ну совершенно точно с автобуса, а по вашим дорогам что на "мерседесе", что на телеге — один черт, и не виноват же я, что автобус так опоздал. Наверно, я говорил убедительно, потому что дверь в конце концов отворилась, и тут-то мой паспорт был изучен с дотошностью таможенника.

"А вы зачем к нам-то?" — спросила хозяйка, не возвращая еще мне документ. Я сослался на гусей, потому что про вокзал, про мост и заброшенный рыцарский замок-техникум она бы не поняла. "Гуси прилетели, только маловато их пока" — сказала хозяйка. Гуси решили дело, и мне был предоставлен ночлег аж на две ночи.


(На всякий случай: это не постоялый двор, это здание местной администрации, а то еще подумают бог весть что...)

...Год спустя я, уже вместе с дочкой и ее подружкой, добирался до Кологрива совсем не так интересно: на поезде до станции Мантурово, потом опять на автобусе, но не 360 км, как от Костромы, а всего-то 80. Мантурово было когда-то обычной деревней. Потом оно стало райцентром (наверно, потому, что здесь железнодорожная станция), но деревенский колорит утерян, утерян... Населения здесь больше, чем в Кологриве, но Кологрив — несомненно, городок, а Мантурово сейчас ни то ни сё. Впрочем, девчонки и в Мантурово находили интересные места. Благо, автобуса долго пришлось ждать.

Я не виноват: я предупреждал, что буду перескакивать туда-сюда. Добро пожаловать в Кологрив — и размеренный ход событий перевернется у вас с ног на голову


Мантурово. В заброшенном доме посреди чистого поля. А когда-то хорош был дом!


Излишне говорить, что это — центральная площадь. И Успенский собор на ней. Они, центральные площади, и делают безликий населенный пункт — городом.


От центральной городской площади расходятся центральные городские улицы. Что с того, что центральными (и городскими) они бывают всего-то метров сто.


На центральной площади — деревянные заборы. Рядом дрова. И они ничему не мешают. И Москва ведь когда-то была такой же...


Успенский собор.


Окружающая двухэтажность (выше домов в Кологриве просто нет) делает площадь еще обширнее.

Аптека. Левее ее — небольшая уютная кафешка "Огонек". Вход со двора, вывеска тоже во дворе, и я уж не помню, как ее и обнаружил. Кормят вкусно, а народу никого. Народу вообще нигде никого!



 

ТЭФФИ


 Надежда Александровна Тэффи.


  «ЖИЗНЬ СМЕЕТСЯ И ПЛАЧЕТ...» О судьбе и творчестве Тэффи

  «ДУРАКИ»

  «Сокровище земли»

  «Свои и чужие»

Другие рассказы:


[ Главная страница | Установка автосигнализаций | Библиотека| Фотоальбомы | Главная страница ]
Яндекс.Метрика

Copyright © 2010 - 2016 http://ponomaunt.ru . All rights reserved.

Разработка сайта: mail@ponomaunt.ru